Category: эзотерика

Category was added automatically. Read all entries about "эзотерика".

я2

Сладенький бог. Харрисон: мы поймали их на удочку

My Sweet Lord

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

«My Sweet Lord» (русск. Мой дорогой Господь) — песня бывшего гитариста The Beatles Джорджа Харрисона, посвящённая Кришне. Вышла на тройном сольном альбоме Харрисона «All Things Must Pass», который был первым альбомом одного из экс-битлов, достигшим высшей позиции в хит-парадах. Успех альбома во многом определился именно этой песней, возглавившей чарты в Европе и США. «My Sweet Lord» занимает 454 место в списке 500 величайших песен всех времён по версии журнала «Rolling Stone». Только две песни в истории музыки — «My Sweet Lord» и «Bohemian Rhapsody» — дважды достигли первой позиции в британских чартах.

История

В первую неделю сингл попал на 7-ю позицию в британских чартах, поднявшись затем до первой строки и продержавшись там в течение пяти недель. Это был первый сингл одного из экс-битлов, занявший высшую позицию в хит-парадах. Сингл повторно попал на первое место в британских чартах в январе 2002 года, когда новая версия песни была выпущена уже после смерти Харрисона от рака. Вершины американского чарта Billboard Hot 100 сингл достиг 26 декабря 1970 года и продержался там четыре недели. В Великобритании, сингл был издан вмете с песней «What Is Life», а в США — с «Isn’t It a Pity».

После выхода песни в свет, сходство мелодии «My Sweet Lord» с хитом «He's So Fine» («Он такой чудесный») американского женского квартета The Chiffons стало причиной многолетнего судебного процесса из-за авторских прав.

В 1976 году Харрисон проиграл процесс после того, как суд признал возможность «непреднамеренного» заимствования и присудил Харрисона выплатить «Bright Tunes» сумму в размере 1,6 млн долларов США.
Аллилуйя и Харе Кришна

Джордж Харрисон включил в текст песни обращённое к Богу молитвенное хвалебное слово «Аллилуйя», а также ведическую мантру «Харе Кришна», которая является основной мантрой, используемой в религиозной практике индуистской традиции гаудия-вайшнавизма. В 1966 году Харрисон купил пластинку «Krishna Consciousness», на которой кришнатский гуру Бхактиведанта Свами Прабхупада исполнил мантру «Харе Кришна» и объяснил её значение. С тех пор он часто занимался медитацией, повторяя или воспевая эту мантру, иногда вместе с Джоном Ленноном. В 1968 году Харрисон впервые встретился с кришнаитами-учениками Бхактиведанты Свами Прабхупады, а в 1969 году — с самим индийским свами. После этого он стал последователем традиции гаудия-вайшнавизма и Международного общества сознания Кришны, оставаясь им до самой своей смерти. В 1982 году, в своём интервью кришнаитскому гуру Мукунде Госвами Джордж Харрисон рассказывал:
« «Аллилуйя» — это радостное восклицание у христиан, в отличие от него мантра Харе Кришна имеет ещё и скрытый смысл. Она — нечто большее, чем просто прославление Бога; это обращение к Богу с просьбой стать Его слугой. Мантра построена особым образом, а её звук обладает мистической духовной силой и этим она намного ближе к Богу, чем те слова, какими христиане сейчас описывают Его. … Я задумал взять их хитростью, поэтому «My Sweet Lord» звучит как обычная популярная песня. А идея была такая: слово «Аллилуйя» не вызывает у людей раздражения… этим мы и поймали их на удочку: к тому времени, когда должна зазвучать мантра Харе Кришна, они уже притоптывают ногой и поют: «Аллилуйя», — это как бы усыпляет их бдительность. Внезапно начинает звучать Харе Кришна, а они всё будут продолжать подпевать, пока не поймут, что произошло, и не подумают: «Э, да я, кажется, не особенно любил это Харе Кришна»! … Это была просто маленькая хитрость. И это не было оскорблением. У меня никогда не было такого впечатления, что христиане испытывают чувство обиды…[4] »

В 1999 году Нил Страусс написал в журнале «Rolling Stone», что «My Sweet Lord» «стала единственной кришнаитской песней, достигшей вершины хит-парадов» потому, что «она была такой сладкой и убаюкивающей, что вы могли подпевать ей не задумываясь над её текстом».[5]

Харрисон использовал в песне ещё одну индуистскую мантру:
« Gurur Brahmā, gurur Viṣṇur, gurur devo Maheśvaraḥ gurur sākṣāt paraṃ Brahma, tasmai śrī gurave namaḥ »

Эта мантра является первой из 16 шлок гимна «Гуру-стотрам». Индуисты обычно повторяют её перед совершением какого-то действия, как правило после гимнов Ганеше и Сарасвати. Мантра посвящена духовному учителю, который сравнивается с тримурти Брахмой, Вишну и Шивой (Махешварой), а также с космическим духом Брахманом.[6]
« Гуру — это Брахма, гуру — это Вишну, гуру — это Господь Махешвара,

Несомненно, гуру — это Верховный Брахман, этому уважаемому учителю я приношу свои поклоны.
»
я2

Гулливер и лилипуты

Пообещал я anchoret перенести из курайника в ЖЖ свои реплики на ругательную статью д. Кураева против о. Александра Меня. Но пришлось извиняться:

Извините, не получается легко выполнить эту работу. На курайнике мои реплики были уместны именно в дискуссии. Вообще они довольно похожи на то, что писал Василенко. Цельный текст нужно делать заново.

Я думаю над этим, посмотрел и сборник о. А. Меня "Магия, оккультизм, христианство", который использует д.А. Кураев, и книжку последнего "Оккультизм в православии". Тематический сборник надерган из разных работ и лекций о. Александра. Там есть серьезные тексты, которые надо внимательно перечитать.

Книжка же д. Кураева - просто публицистика, памфлеты, с привкусом заказухи. Собственно проблема околоправославного оккультизма не ставится и не решается никак. Пустота, по-моему. Ставить рядом эти два имени, даже ради того, чтобы дать отповедь д. Андрею, кажется мне теперь несерьезным.

 Когда я поставил рядом тексты и деятельность о. Александра, тексты и деятельность д. Андрея, деятельность свящ. Г. Якунина, у меня просто испарилось то возмущение последними, которое вызвало предыдущую тему. Гулливер и лилипуты.

В той статейке д. Кураев пишет: "Миссионер всегда немного вне Церкви." Немного вне Церкви - это диагноз д. Кураева.

О. Александр - в церкви. Прежде всего, как пастырь. И как миссионер он тоже  в церкви. Вспоминаются очень важные мысли о. Николая Афанасьева, который оспаривает существование харизматических пророков, проповедников, не связанных ни с какой местной церковью. По его мнению миссионер всегда был посланцем своей местной церкви, действующим по ее поручению. Что ж, именно таков был о. Александр, не случайно его так ценит его архиерей - митр. Ювеналий.