Category: ссср

Category was added automatically. Read all entries about "ссср".

я2

Галина Аккерман

Интересный мемуар русско-еврейской французской журналистки Галины Аккерман
http://magazines.russ.ru/continent/2010/146/ak15.html
Интервью с ней о Чернобыле и современной политике
http://day.kyiv.ua/ru/article/media/mozhno-li-perevospitat-rossiyu
я2

Конспирология и конспирация "патриотов"

Многие формулировки Николая Митрохина в "Русской партии" просто безупречны! "Для членов "русской партии", верящих в существование еврейского - или тождественного ему в их глазах либерального - заговора, было естественно организовывать отпор "проискам сионистов". Деятельность движения русских националистов строилась (и во многом основана до сих пор) на конспиративной, точнее - заговорщицкой, основе (личные устные договоренности и пренебрежение к писаному праву). Вне всякого сомнения, "еврейская угроза" была мифом, необходимым для оправдания деятельности самих русских националистов, действующих как заговорщики во враждебном и опасном для жизни окружении. Здесь, конечно, нельзя забывать, что ровно так же действовала и сама КПСС, которая, находясь в течение 70 лет у власти, сохраняла в основе своей практической деятельности многие черты свойственные строго законспирированной подпольной организации."
По-моему, тут невозможно не видеть прямой связи и преемственности политики нынешней путинской власти - тех же бывших гебешников, членов КПСС, с юдофобской "русской партией". Отличие можно видеть, пожалуй, вот в чем: как раньше "этатисты" "русской партии" мимикрировали под коммунистов, чтобы "наращивать свои силы", так с падением коммунизма, они стали мимикрировать под либералов-демократов-западников с той же целью. В новых условиях "наращивать силы" можно было только участвуя в прихватизации, парламентаризме и бандитизме.
я2

"Как я бежал из СССР" - Дмитрий Соколенко

IPhone предложил для чтения любопытную и остроумную книжку.
Автор убежал из СССР в 1986 г. через Индию и Непал.

Я никогда не был советским гражданином — такого гражданства вообще не существует. И я еще не американский гражданин. Но всегда я считал себя — следом за Иосифом Флавием и Анахарсисом Клоотцем — гражданином Вселенной. Это гражданство может получить всякий — стоит только пожелать. И ритуал вступления в это гражданство очень прост. Надо ударить себя в грудь и зычным голосом крикнуть:

Я — гражданин Вселенной!

http://biography-ebooks.com/_/_/566147/how-i-escaped-from-the-ussr-kak-a-bezal-iz-sssr

— А что вы здесь?... Туристом?

— Нет, я убежал из Польши.

(«Вот так совпадение, — подумал я, — Только приехал в Италию, и тут же наткнулся на человека со сходной судьбой!»)

— Нет, я не из Америки, я сбежал из России, — сказал я правду.

— Из России? — удивился поляк, и тут же перешел на русский. — Я изучал русский в школе, — сообщил он мне.

Выяснилось, что этот отель называется «Уорлд», то есть «Мир», совсем не случайно — здесь жили не обычные постояльцы, а беженцы из полутора десятка стран: из Польши, Румынии, Болгарии, Ирана, Афганистана, Вьетнама, Эфиопии. Из Советского Союза я был один.

— Был здесь месяц назад один татарин из Казани. Он сбежал в Иордании. Сейчас он уже в Америке, — сказал мне поляк.

У меня даже настроение немного испортилось: целый месяц считал себя за героя и гордился своей исключительностью, а теперь смотри — вон сколько нас! Бегут люди от коммунистов, хоть тресни! Даешь им бесплатное образование — бегут. Бесплатное медицинское обслуживание — бегут! Гарантируешь им право на труд — все равно бегут!

*****

Первую неделю я прожил в филантропической квартире в Бруклине, в ультраортодоксальном еврейском районе. Меня поселили там то ли с венгром из Румынии, то ли с румыном из Венгрии — я так и не разобрался. Он знал несколько слов по-немецки, так как полгода жил в Вене, я тоже — в основном из фильмов про Вторую войну, — так мы и общались.

Помнится, в первый день я шарахался на улицах от этих странно одетых людей: «Что это за узбеки в тюбетейках?» — думал я, — «Зачем такие длинные локоны у детей? Зачем в такую жару носить меховую шапку? Что за разночинцы в сюртуках 19-го столетия?» Идешь по улице с удивительным ощущением: с одной стороны, никого не хочешь обидеть, с другой — улыбку сдержать почти невозможно. Я , конечно, понимаю, что в библейские времена именно так и одевались. Ведь очень удобно — надел черный костюм с иголочки, черную шляпу — сел на верблюда, и поехал слоняться по синайским пустыням... Только я не удивлюсь, если как-нибудь в 22 столетии в этом районе в синагогу будут ходить в джинсах и в майках с надписью «Майами Вайс». Что ж поделаешь — традиция.
я2

И. Каретникова. ПОЛКОВНИК НКВД ЭММА СУДОПЛАТОВА

Все дети моего поколения носили летом испанки — прямоугольные шапочки, их надевали узким краем вперед. Мы все говорили: «Nо passaran!» («Они не пройдут!») — о франкистах и повторяли: «Лучше умереть стоя, чем жить на коленях» — лозунг Долорес Ибаррури, главной испанской коммунистки, который потом шутники переделали во что-то вульгарное.
Моя испанка была особенно красивой, ярко-красной с белой кисточкой. Ее мне подарила мамина давняя знакомая Эмма Карловна. Она привезла ее из Испании, где целый год, а может, дольше, была в Республиканской армии. Она была переводчицей с нескольких языков.
Эмма Карловна приглашала нас к себе на дачу где-то под Москвой, меня и маму. За нами приезжала ее машина. Мне было лет семь. После завтрака они с мамой разговаривали, а я играла с кошкой, гуляла в саду, что-то рисовала большими красивыми карандашами, которые потом давались мне в подарок. Ее дети жили и учились в Крыму. Я их не знала.
В доме было много комнат, но каких-то полупустых. В столовой висел большой портрет Ленина. Ее мужа, важного военного, я никогда не видела. Маму она знала давно, наверное, они учились вместе, называла ее нежно Полиночка. Я не вызывала у нее никакого интереса.
Через несколько лет, когда началась война, Эмма Карловна, уже немолодая, сорокалетняя, приехала в Уфу. У нее был грудной ребенок, Толик. Она дала мне его подержать, и я ему что-то пела. В Уфе она была недолго.
Года через два, только что закончилась война, мы с мамой опять были на той даче под Москвой, так же за нами приехала машина. За завтраком кроме нас сидела пожилая, неулыбающаяся женщина, испанка. Она молчала и, выпив кофе, ушла к себе в комнату.
— Она гостит у меня. Только недавно узнала, что под Сталинградом погиб ее сын, — сказала Эмма Карловна.
Мне было интересно, кто эта женщина. Но я знала, что о взрослых и их делах никогда не надо спрашивать и не надо этим интересоваться.
Прошло много лет, когда я узнала, что эта женщина была Долорес Ибаррури, сама Эмма Карловна была полковником контрразведки, а ее муж — никто иной, как всесильный генерал Судоплатов, главный заместитель Берии по иностранным делам. Она и ее муж были честными, заблуждающимися фанатиками коммунизма.
Вспоминаю лицо Эммы Карловны — сухое, скуластое, без косметики, чуть навыкате серые глаза, затянутые в пучок светлые волосы. Всегда с папиросой. Даже мне, ребенку, передавалось напряжение, идущее от нее. Почему она нас с мамой приглашала?
Наверное, мама была частью ее юности — самым светлым временем, без шпионажа, предательств и убийств. После смерти Сталина Берия, как известно, был расстрелян, все его приближенные — тоже. Судоплатов был арестован, но не расстрелян — он никак не был связан с террором внутри страны. Все убийства, которые он планировал, включая убийство Троцкого, совершались за рубежом.
— Мой отец не был палачом, и он не был убийцей — он был диверсантом, — утверждал его сын, тот самый Толик, которого я когда-то держала на руках в Уфе. Сейчас Толик — известный ученый-демограф.
После расстрела Берии Эмму Карловну арестовали, но через несколько месяцев выпустили. Теперь она приходила к маме пить кофе, но я ни разу с ней не столкнулась. Конечно, у нее забрали дачу и дом в Москве. Она жила в одной крошечной комнате, без права работать. Зарабатывала гроши уроками. Но дети могли продолжать учиться. Судоплатов просидел пятнадцать лет в тюрьме во Владимире, вышел оттуда инвалидом с искривленным позвоночником, но, немного оправившись, стал работать. Теперь он писал о советской дипломатии, системе шпионажа, лидерах; о Сталине, с которым регулярно встречался; о Берии, которого считал не таким злодеем, как его обычно представляют; о Хрущеве, которого презирал.
Судоплатов очень любил Эмму Карловну, больше полувека они были преданы друг другу. Недавно я видела в документальном фильме, как он — маленький, сгорб­ленный старичок (далеко за девяносто), в прошлом высокий, красивый генерал — кладет красную розу на ее могилу на московском Донском кладбище.
я2

Как Никита Богословский разыграл Сергея Михалкова

Из книги Атаманенко "КГБ. Последний аргумент"

В 1970 году, вслед за назначением Михалкова председателем правления Союза писателей СССР, в Комитет поступила
анонимка. Автор сообщал, что всем членам правления стало из­вестно, что Сергею Владимировичу за плодотворную работу на
органы госбезопасности пожалован чин генерала. Его, дескать,
даже кто-то видел в окне личного кабинета на Лубянке, когда
он облачался в генеральский мундир, увешанный орденами и
медалями. Каждый год 20 декабря — в день создания органов
ВЧК—КГБ— Михалков собирает в своем кабинете особо приближённых лиц и первый тост произносит во славу органов
госбезопасности, заявляя, что себя тоже считает чекистом...
Для руководства Пятого (идеологического) управления КГБ
СССР, которое в то время держало под прицелом всю интеллигенцию страны, в том числе и творческие Союзы писателей,
композиторов, художников, не было секретом, что распростра­нителем слухов о принадлежности Михалкова к органам гэбэ
(что соответствовало действительности!) является композитор
Богословский. [В книге есть история и о том, как КГБ завербовал французского посла с помощью шантажа, организованного с участием С.Михалкова и Н.Кончаловской].
В КГБ восприняли анонимку как очередной розыгрыш Бо­гословского, несмотря на то, что исполнена она была не рукой
композитора. А всё потому, что Никита Владимирович хорошо
знал, что такое графология, и как умело ею пользуются эксперты
Пятого управления. К тому же, юристы предупреждали...
Как оказалось, анонимка была лишь пристрелочным вы­стрелом, а «огонь на поражение» не заставил себя ждать.
Широко известен розыгрыш Богословского, когда в результате многоходовой головоломной операции, задействовав своих
знакомых из Министерства связи, друзей-писателей и компози­торов, он направил в адрес руководства Союза писателей СССР
поздравительную телеграмму от имени Президиума Верховного Совета Союза ССР. Всё — чин чином, бланк правительствен­ный, подписи на месте — придраться не к чему!

В телеграмме сообщалось, что через месяц Сергею Вла­димировичу Михалкову будет присвоено звание Героя Социалистического Труда с вручением ордена Ленина и Золотой
медали. Учтено было даже время поступления телеграммы в
правление Союза писателей — она пришла, когда Михалков
находился в отпуске и был недосягаем и, главное, — в блаженном неведении!
В телеграмме предлагалось провести чествование новоиспеченного Героя широко, не считаясь с затратами, придав событию
достойный случаю мощный общественный резонанс.
После этого во всех творческих Союзах пошли обсуждения,
пересуды, обмен мнениями. Все ждали возвращения кандидата
в юбиляры...Collapse )
я2

С. Григорьянц. Ошибки и преступления Путина

Путин повторил в ускоренном режиме все ошибки Андропова, превратил Россию в страну-изгоя и всех нас в изгоев. Что будет теперь с нами?

Начну издалека. Десятки (если не сотни) книг о Второй Мировой войне зачастую очень любопытны, содержат массу сведений об ошибках Сталина и Гитлера и обстоятельствах начала войны. Но чаще всего в них нет простого понимания — мировая война была неизбежна. Сталин мог напасть первым, японцы могли двинуться Квантунской армией на Дальний Восток и в Сибирь, Соединенные Штаты и даже Великобритания, весьма вероятно, стали бы помогать Германии обороняться от захвативших половину Европы коммунистических выродков (расстрел в Катыни и Осташкове, сразу же стали бы известны, а музеи появились бы в лагерях уничтожения на Колыме, Воркуте, в Тайшете, а не в Майданеке, Освенциме и Дахау). Советский Союз в результате нападения и первоначального успеха в войне скорее всего потерпел бы поражение, а в Пскове судили бы Молотова, Жукова, Берию и Ворошилова без отравившегося Сталина. Но все это досужие размышления. Существенно другое — сами структуры Германии, Советского Союза, Японии направленные на глобальную победную войну, делали ее начало, различное в разных вариантах, зависящее от личных свойств отдельных лидеров и принимаемых ими конкретных решений, неизбежным в любом случае и даже почти наверняка в одно и тоже время.

То же самое опять происходило в 1979-1980 году в Советском Союзе. Можно сколь угодно долго писать уже о теперь признанной, наконец, ошибке Андропова, Устинова и Громыко, о ненадежности Бабрака Кармаля и пьяных сотрудниках КГБ, посылавших перед войной в СССР ложную информацию из Афганистана. Все это на самом деле имеет вторичное значение. Большая война для СССР в это время была неизбежна, потому что вся логика агрессивных устремлений советского генштаба, КГБ, внешней и внутренней политики, безудержного роста советских вооружений, расширения диверсионно-террористических «Курсов усовершенствования офицерского состава» в Балашихе до «Альфы» в 1969 году, а потом и «Вымпела» (1500 человек) 31 декабря 1979 года (и это кроме училищ для палестинских, латиноамериканских, итальянских террористов) — все делало начало большой войны неизбежным. Collapse )