Category: музыка

Category was added automatically. Read all entries about "музыка".

я2

Säkkijärven polkka

Очень яркая и характерная история из советско-финской войны Säkkijärven polkka
Полька Сяккиярви (фин. Säkkijärven polkka) — финская полька, исполняемая финскими аккордеонистами. Изначально песня собрана из трёх народных мелодий из округи посёлка Сяккиярви (ныне Кондратьево, Выборгского района). Песня растиражирована впервые в пластинках норвежско-американским гармонистом Вилли Ларсеном в 1928, но по-настоящему известна благодаря пластинкам Вильо «Вили» Вестеринена (1907—1961) и Лассе Пихлаямаа (1916—2007).
Полька Сяккиярви во время Войны-продолжения
Во время Войны-продолжения полька Сяккиярви была использована в качестве радиопомех. 25 июня 1941 года между СССР и Финляндией было объявлено состояние войны. Советские военные перед сдачей Выборга заминировали город радиоуправляемыми скрытыми минами, которые предполагалось подрывать постепенно, в течение нескольких месяцев, когда финны займут город и расположатся в нём. Мины должны были приводиться в действие дистанционно радиосигналом на той или иной частоте.
Мины были расположены в разных частях города. Несколько мин было взорвано. Через некоторое время финские сапёры обнаружили ещё несколько неразорвавшихся мин и смогли изучить их, благодаря захвату нескольких советских военнопленных, которые в процессе допросов сообщили финнам места минирования. Для глушения радиосигнала на подрыв финские сапёры запустили передвижную радиостанцию, которая непрерывно в течение двух месяцев (до полного разряда элементов питания радиоприёмников в радиоуправляемых фугасах) выдавала в эфир по широкому спектру частот быструю музыку так, чтобы подрывной радиосигнал не смог дойти до мин. В качестве фона глушения была использована именно полька Сяккиярви, которую финские инженеры выбрали из-за быстрого ритма музыки.
В качестве информационного прикрытия операции разминирования финской пропагандой был запущен слух, что между финскими и советскими фронтовыми позициями оказалась включенная радиостанция, которая находится под непрерывным огнём противника, поэтому отключить её не удаётся.
Разминирование было удачным, и многие здания Выборга пережили войну.

я2

Роман Лейбов. Мутин и Педведев

Мутин ходит по Афону
улыбаясь мальчикам
А Педведев по айфону
водит мягким пальчиком


Мутин прыгает и скачет
Охраняя наш покой
А Педведев что-то прячет
То в карман то за щекой


Мутин богу молится
на колени валится
Педведев рокнроллится
а чаще халигалится


Мутин возбужденно машет
вострым лазерным мечом
А Педведев лук ебашит
как бы вовсе ни при чем


Мутин любит наряжаться
в царски бармы да парчу
А Педведеву прижаться
лишь бы к твердому плечу


От всеобщей от судьбы
не уйдешь ты детка
Мутин часто ест грибы
а Педведев редко


Мутин на адреналине
чем-то гнет подкову
А Педведев на перине
посреди алькова

 
я2

И. Каретникова. ВИОЛОНЧЕЛИСТ МСТИСЛАВ РОСТРОПОВИЧ

«Я Вас люблю, хоть и бешусь, Хоть это труд и стыд напрасный, И в этой глупости несчастной У ваших ног я признаюсь...» Как он пел! Безголосый, некрасивый, щуплый, почти лысый в свои двадцать три года, — но то, что он создавал собой, было великолепно. «Завораживающее чудо», — сказала о нем моя подруга Люда. Но, когда его виолончель, или фортепианная игра, или даже вокальное баловство прекращались, атмосфера чуда сразу же исчезала, и оставался насмешливый, острый, себе на уме человек, гурман и бабник.
Он любил вещи и вещицы. Позже, когда стал несметно богат, он коллекционировал разные антикварные предметы: мебель XVIII века, особенно русский ампир, фарфор, люстры, зеркала, ткани. Он коллекционировал все, даже дворцы — в Петербурге, Москве, Литве, Франции.
«Сидите Вы, склонясь небрежно, Глаза и кудри опустя, Я в умиленье, молча, нежно Любуюсь…» Он неожиданно остановился.
— Я вам это пою, — сказал он.
— Слава! — воскликнул Коля Каретников, — ты забыл: я на ней женюсь, и ты уже приглашен на свадьбу.
Талантливый молодой композитор был моложе Славы, никак ему не ровня, но они были друзьями, и Слава приходил сюда почти регулярно. Я шутила, что, может быть, ему просто нравятся обеды Колиной мамы, певицы Марии Петровны Суховой. Она кормила Славу, когда он был подростком, в эвакуации, восхищалась его игрой — они были соседями. Славин отец, виолончелист, болел и вскоре умер, а маме-пианистке, с двумя детьми и почти без денег, было не до готовки.
Славе нравилось бывать у Каретниковых, уходить из своей коммунальной квартиры, играть на рояле, на котором когда-то играл Рахманинов, видеть прекрасные портреты Шаляпина, старинные оперные костюмы, пейзажи Коктебеля, сделанные модным тогда художником Бялыницким-Бируля, в рамках из коктебельских камешков.
Ему нравилось рыться в уникальной коллекции оперных партитур и старинных публикациях романсов, доставшихся, как абсолютно все здесь, включая и самое квартиру, от бабушки, приемной матери Колиного отца, известной певицы Императорского, а потом Большого театра Дейши-Сионицкой.
Ростропович вел себя так, будто он был ко мне действительно неравнодушен. Но я уверена, что любая другая восемнадцатилетняя вызвала бы такую же реакцию. И кроме того, ему нравилось дразнить Колю.
Вообще дразнить и разыгрывать было одним из его любимых занятий. Кто бы мог поверить, слыша его виолончель с «Сарабандой» Баха, что он мог просто так позвонить какому-то музыканту и выдумать, что концерт того отменяется. Или сказать, что родившегося в зоопарке слоненка назвали именем того, кому он сейчас звонит, и надо срочно прислать письмо согласия, заверенное нотариусом. Он мог только что закончившего консерваторию юного композитора пригласить якобы на обед к Шостаковичу или попросить во что бы то ни стало достать тамбовский окорок для декана консерватории.
Какая извилистая фантазия, какая изобретательность! Какое скоморошье озорство! Потребность, как в современном искусстве, шока и внезапных эффектов, желание нарушать традицию, даже быть неприличным; быть не гуманным, а активным и не впадать в сентиментальность. Это была суть темперамента Ростроповича.
На мою свадьбу ко мне в Большой Сухаревский он пришел с мамой и сестрой Вероникой. Хвалил Колиного отца, который неплохо исполнил «Пою тебе, о Гименей, ты соединяешь невесту с женихом…». Потом он сам что-то спел, кто-то из пианистов играл. Моя тетя Эмма застывала от восторга. Уходя, Ростропович спросил, можно ли взять с собой трюфеля. И моя мама радостно ссыпала конфеты ему в карман и в Вероникину сумочку.
Затем его приходы к Коле сократились и вскоре прекратились совсем. Он сошелся с певицей Зарой Долухановой — настоящий, серьезный роман, о котором все говорили. Глубина и одновременно изящество голоса Долухановой, волнующий тембр, чудесная атмосфера музыки, которую создавал аккомпанирующий ей Ростропович… Я была и на их концерте песен Шуберта, и на другом — романсов Рахманинова и Брамса. Оба в Малом зале консерватории, оба — непередаваемо великолепные!
С женитьбой на Галине Вишневской в середине 50-х годов в его жизни начался период другого масштаба, других амбиций, и я понимаю, что, когда он в 70-х годах, выступая в Нью-Йорке, получил мою записку и не ответил на нее, — он просто вырос из того времени, как подросток вырастает из раннего детства. Он, даже когда его попросили, не купил в Париже лекарство, нужное для смертельно больного отца Коли. Но потом, через каких-нибудь двадцать лет, он давал большие деньги на госпитали и лечебницы.
Сейчас, когда его нет, когда обозначен конец и видишь его жизнь во всей ее протяженности, понимаешь, что он был одним из самых счастливых людей. Его огромный дар, его удивительное исполнение, посвященные ему работы самых великих современных композиторов, его везение во всем, что бы он ни делал, — он добился всего, чего хотел — от дирижерства до денег, машин, домов, семьи, детей, до возможности помогать, до веры и даже до отсутствия страха смерти — говоря, что ведь там, на другой стороне, его самые любимые люди — и Шостакович, и Бриттен, и Прокофьев…
я2

Как Никита Богословский разыграл Сергея Михалкова

Из книги Атаманенко "КГБ. Последний аргумент"

В 1970 году, вслед за назначением Михалкова председателем правления Союза писателей СССР, в Комитет поступила
анонимка. Автор сообщал, что всем членам правления стало из­вестно, что Сергею Владимировичу за плодотворную работу на
органы госбезопасности пожалован чин генерала. Его, дескать,
даже кто-то видел в окне личного кабинета на Лубянке, когда
он облачался в генеральский мундир, увешанный орденами и
медалями. Каждый год 20 декабря — в день создания органов
ВЧК—КГБ— Михалков собирает в своем кабинете особо приближённых лиц и первый тост произносит во славу органов
госбезопасности, заявляя, что себя тоже считает чекистом...
Для руководства Пятого (идеологического) управления КГБ
СССР, которое в то время держало под прицелом всю интеллигенцию страны, в том числе и творческие Союзы писателей,
композиторов, художников, не было секретом, что распростра­нителем слухов о принадлежности Михалкова к органам гэбэ
(что соответствовало действительности!) является композитор
Богословский. [В книге есть история и о том, как КГБ завербовал французского посла с помощью шантажа, организованного с участием С.Михалкова и Н.Кончаловской].
В КГБ восприняли анонимку как очередной розыгрыш Бо­гословского, несмотря на то, что исполнена она была не рукой
композитора. А всё потому, что Никита Владимирович хорошо
знал, что такое графология, и как умело ею пользуются эксперты
Пятого управления. К тому же, юристы предупреждали...
Как оказалось, анонимка была лишь пристрелочным вы­стрелом, а «огонь на поражение» не заставил себя ждать.
Широко известен розыгрыш Богословского, когда в результате многоходовой головоломной операции, задействовав своих
знакомых из Министерства связи, друзей-писателей и компози­торов, он направил в адрес руководства Союза писателей СССР
поздравительную телеграмму от имени Президиума Верховного Совета Союза ССР. Всё — чин чином, бланк правительствен­ный, подписи на месте — придраться не к чему!

В телеграмме сообщалось, что через месяц Сергею Вла­димировичу Михалкову будет присвоено звание Героя Социалистического Труда с вручением ордена Ленина и Золотой
медали. Учтено было даже время поступления телеграммы в
правление Союза писателей — она пришла, когда Михалков
находился в отпуске и был недосягаем и, главное, — в блаженном неведении!
В телеграмме предлагалось провести чествование новоиспеченного Героя широко, не считаясь с затратами, придав событию
достойный случаю мощный общественный резонанс.
После этого во всех творческих Союзах пошли обсуждения,
пересуды, обмен мнениями. Все ждали возвращения кандидата
в юбиляры...Collapse )
я2

Будем оттачивать украинский язык

http://www.moskva.fm/play/4015/translation?adv=echomsk

Матвей Ганапольский
10 ч. ·
Только сегодня ночью ( с субботы на воскресенье)в рамках ночного эфира Саши Александр Плющев на Эхе Москвы, веду его третий час с 2-x до 3-х ночи, но не как он - по-английски, а по-украински!!! Будем оттачивать украинский язык- звонки принимаются только по-украински. Слушаем украинскую музыку. Всех, кто хочет поговорить по-украински приглашаю! Буду благодарен за перепост))