Андрей Платонов (andrei_platonov) wrote,
Андрей Платонов
andrei_platonov

Category:

Станция метро "Красный террор", следующая "Работорговая"

Недавно послушал лекцию С.Э.Шноля в СФИ, из которой узнал об Андрее Трубецком и его воспоминаниях. Воспоминания нашел в сети в библиотеке Сахаровского центра и с увлечением читаю. Попав в плен в 1941 г., Андрей Трубецкой был освобожден из госпиталя в Вильно для военнопленных хлопотами родственников, как потомок Гедеминовичей, и благодаря тому, что сведения о потомках аристократических фамилий имелись в немецких изданиях. Сведения эти собирал историк Василий Арсеньев, а жить Андрею пришлось еще у Николая Арсеньева, учителя свящ. Виталия Борового.

Очень интересный факт сообщается: в 30-е годы родственников из СССР можно было выкупить за валюту!!! Какие источники доходов открываются, "когда закончится нефть"...

"
Семья Арсеньевых состояла из профессора славянской культуры Кенигсбергского университета Николая Сергеевича, человека преклонного возраста, совершенно седого и несколько подслеповатого, его брата, Юрия Сергеевича, симпатичного, простецкого человека, служившего техническим секретарем в японском консульстве. (В одном из первых разговоров он, показывая свою несколько изуродованную руку, сказал, улыбаясь:»Это меня красные курсанты под Псковом».) С ними жила их сестра Наталья Сергеевна, тетя Ната, милая, скромная и деликатная старушка, и ее сын, Сергей Балуев, симпатичный, открытый и доброжелательный парень на год моложе меня, учившийся на медицинском факультете университета. Главой семьи был Николай Сергеевич — дядя Никола. В дни нашего приезда в доме гостила вторая сестра Арсеньевых, жившая постоянно в Берлине, Вера Сергеевна. Я ее смутно помнил еще по Москве. Со своим братом, Василием Сергеевичем Арсеньевым, его женой тетей Олей, своим мужем Гагариным (не князем), моим большим приятелем детства Алешкой Нарышкиным, по прозвищу «Сарепа», и его, матерью Вера Сергеевна выехала за границу в самом начале 30-х годов. Все они были «выкуплены» дядей Николой*.

* В те годы существовала и такая форма эмиграции: заграничные родственники платили валютой за возможность выехать из СССР оставшимся.

До выезда жили они в Москве в доме 22 на улице Садовники, а Алешка с матерью в Сергиевом Посаде на Красюковке, недалеко от места, где в то время жили мы. Сейчас он жил в Берлине у дяди Васи, а его мать — у родственников в Швейцарии. Была она не совсем нормальной после того, как в конце двадцатых годов расстреляли ее мужа. Он был взят как заложник после убийства Войкова. Фамилии расстрелянных были напечатаны в газетах, и я помню, как мальчишки на улице дразнили бедного Алешку: сын расстрелянного! сын расстрелянного! Конечно, и на нем это отразилось, был он очень нервным, чувствовался душевный надрыв. Он безумно любил мою сестру Татю, хотя они были почти дети, и после отъезда за границу от него приходили к ней письма. Писал он и в Андижан, куда мы переехали в 1934 году вслед за высланным туда отцом и старшей сестрой Варей. В письмах Алешки ощущалась большая тоска, было понятно, что живет он в абсолютно чуждом ему мире."

***


    За убийство Войкова расстреляли ни в чем не повинных аристократов-"заложников". "Красный террор". Хорошее название для станции метро. Станция "Красный террор"

    (Между прочим, в расстреле царской семьи Войков лично не участвовал, а его убийца Коверда не был монархистом - http://www.sovsekretno.ru/articles/id/5204/ )

    Tags: Россия, СССР
    Subscribe
    • Post a new comment

      Error

      Anonymous comments are disabled in this journal

      default userpic

      Your reply will be screened

    • 0 comments