January 5th, 2006

я2

Афанасьев. Единое Евхаристическое собрание . 2.

2. Можем ли мы рассматривать слова Христа, что Он там, где двое или трое собраны во имя Его, как указание на существование множественности Евхаристических собраний в апостольское время? Где двое или трое, там Христос, а следовательно там церковь, потому что Церковь там, где Христос. Тертуллиан с особой силою выдвинул этот принцип в его монтанистический период: «Где трое, там церковь»[4] - или «да будет тебе церковь среди трех»[5]. Это вполне понятно, т.к. от этого тезиса зависело церковное бытие Тертуллиана. «Великая церковь» времени Тертуллиана знала не меньше, чем он, об этих словах Христа, но тем не менее она не оправдывала устройство отдельных Евхаристических собраний в пределах одной местной церкви.

Церковь там, где между собравшимися во имя Христа, будь их двое или трое, находится Христос, но может ли Христос быть среди тех верующих, которые помимо главного общего собрания устраивают еще частные собрания? Будут ли это собрания во имя Христа? Если слова Христа относятся к церкви, в которой он пребывает и которая есть Его тело, то устройство отдельного собрания в местной церкви не может быть во имя Христа, т.к. тело Христа неразделимо. Если бы такого рода собрания в действительности были, то они бы свидетельствовали о церковном сепаратизме и индивидуализме, как антиподе объединения всех во Христе. «Да будут все едино: как Ты, Отче, во Мне, и Я в Тебе, так и они будут в Нас едино» (Ио. XVII, 21). Это единство не могло быть механическим объединением людей, поставивших себе некоторые определенные задачи и цели, не могло оно быть единством философской школы, основанной на единстве миросозерцания и учения, оно должно быть онтологическим единством всех во Христе в Евхаристическом собрании: «Кто любит Меня, тот соблюдет слово Мое, и Отец Мой возлюбит его, и Мы придем к нему, и обитель у него сотворим» (Ио. XIV, 23). «Да будут все едино» есть единство Евхаристического собрания, которое есть обитель Бога. В эмпирической действительности единство его, как и единство Церкви, выражается в виде множественности собраний, но эта множественность выражает единство, т.к. существует не множественность Евхаристий, а одна Евхаристия во времени и в пространстве. Это непреложный закон бытия Церкви в эмпирической жизни. Он имеет еще другой аспект, крайне важный для древней экклезиологии: существует столько местных церквей, сколько Евхаристических собраний, т.к. в каждом Евхаристическом собрании выявляется вся Церковь Божия. Единство Церкви Божией всегда сохраняется, т.к. в каждой местной церкви пребывает вся Церковь Божия, но множественность местных церквей никогда не остается постоянной величиной, а все время возрастает. Это возрастание множественности местных церквей являет «созидание» Церкви, если имеются на лицо эмпирические условия, вызывающие эту множественность. При отсутствии эмпирических условий для возрастания устройство отдельных Евхаристических собраний внутри местной церкви было бы нарушением ее единства. Это было бы не «созиданием» Церкви Божией, а ее разрушением. (Ср. II Кор. XIII, 10).

Что могло побуждать первых христиан к устройству отдельных частных собраний в пределах одного города? Если эти собрания исчезают во II-м веке, то вряд ли причиной их устройства могла быть недостаточность помещений, т.к. количество христиан к этому времени не уменьшилось, а возросло. Не могло побуждать верующих устраивать частные собрания осторожность по отношению к римской полиции, т.к. положение христиан во II-м веке было труднее, чем в первом. Чувство единения всех во Христе и взаимная любовь естественно побуждали христиан к сохранению единства Евхаристического собрания и предохраняли от разделения его на ряд отдельных собраний.

Основываясь на богословских предпосылках, мы имеем все основания предположить, что в апостольское время местная церковь имела одно единственное Евхаристическое собрание. Как было в действительности, можно только разрешить на основании тех данных, которые имеются в нашем распоряжении. К сожалению, то, чем мы располагаем из этой эпохи, крайне недостаточно. Поэтому приходится говорить не столько о том, что было, сколько о том, чего не было. Само по себе это недостаточно, но если нам удастся показать, что в новозаветных писаниях нет прямых указаний на множественность Евхаристических собраний в одной местной церкви, то вопрос может считаться разрешенным положительным образом при наличии богословских предпосылок, о которых мы говорили.


[4] «Ubi tres, id est Pater et Filius et Spiritus Sanctus, ibi ecclesia». De baptismo, c.6.

[5] «Sit itbi et in tribus ecclesia». De fuga in persecutione.